Леонардо да Винчи – величайшему
художнику и гению Возрождения, посвящены сотни научных и популярных
книг. Его колоссальное творческое наследие, насчитывающее свыше ста
тысяч рисунков и шести тысяч страниц записок, а также чрезвычайное
разнообразие его интересов привлекали и привлекают бесчисленных
специалистов из самых разных областей науки и искусства.
Однако книг о науке Леонардо на удивление мало, несмотря на
то, что он оставил многотомные записки, полные подробных описаний своих
экспериментов, великолепных рисунков и примеров пространного анализа
полученных им данных. К тому же большинство авторов, писавших о научной
работе Леонардо, смотрели на нее сквозь призму ньютоновской науки, что,
по моему убеждению, часто мешало им понять ее подлинную сущность.
Леонардо планировал представить результаты своих исследований
в виде стройной всеобъемлющей системы знаний. Ему так и не удалось
осуществить этот замысел, поскольку всю свою жизнь он чувствовал
бóльшую необходимость расширения, совершенствования и документирования
собственных изысканий, чем их систематизации. В результате ученые,
изучающие его знаменитые записные книжки, часто склонны рассматривать
их как нечто неупорядоченное и хаотическое. Однако, сам Леонардо отнюдь
не считал свою науку неупорядоченной. Она давала ему связную, целостную
картину природных явлений, и эта картина кардинально отличалась от
систем Галилея, Декарта и Ньютона.
Только сейчас, пять столетий спустя, когда ограниченность
ньютоновской науки становится вполне очевидной и картезианская,
механистическая картина мира уступает место холистическому и
экологическому мировосприятию, весьма напоминающему видение Леонардо,
мы можем оценить всю силу его науки и ее огромную значимость для нашего
времени.
Моя цель — последовательно описать научный метод и достижения
великого гения Ренессанса и оценить их с точки зрения современной
научной мысли. Такой подход к изучению наследия Леонардо позволит нам
увидеть его науку как основательную систему знаний. Кроме того, он
покажет, почему нельзя понять науку Леонардо без его искусства, а его
искусство — без его науки.
Как ученый и писатель я отхожу в этой книге от своей обычной
тематики и проблематики. В то же время работа над ней принесла мне
глубокое удовлетворение, так как я увлечен научной деятельностью
Леонардо да Винчи уже больше тридцати лет. Когда в начале 70-х годов
началась моя литературная карьера, я планировал написать
научно-популярную книгу по физике элементарных частиц. Написав три
первые главы, я бросил этот замысел и принялся за книгу «Дао физики», в
которую ввел большую часть материала из первой рукописи. Первоначальная
рукопись начиналась с краткого очерка истории современной западной
науки и открывалась прекрасной цитатой из Леонардо да Винчи о
эмпирической основе науки — цитатой, которая теперь служит эпиграфом к
этой книге.
Хотя я отдал дань уважения Леонардо как первому современному
ученому (жившему задолго до Галилея, Бэкона и Ньютона) еще втой, первой
рукописи, его научные труды сохранили для меня очарование до сих пор.
За прошедшие годы я несколько раз обращался к ним в своих сочинениях,
однако не изучал обширные записные книжки Леонардо сколько-нибудь
детально. Такое желание возникло у меня в середине 90-х годов, когда я
посмотрел большую выставку рисунков Леонардо в Лондоне, в Королевской
галерее Букингемского дворца.
Разглядывая эти великолепные рисунки, совмещающие на одной
странице архитектуру и анатомию, турбулентное движение воздуха и воды,
водовороты, волны человеческих волос и схемы роста трав, я понял, что
систематические исследования органических и неорганических форм у
Леонардо образуют науку о качестве и целостности, которая коренным
образом отличается от механистической науки Галилея и Ньютона. В основе
его иссследований лежало целенаправленное изучение закономерностей,
взаимосвязывающих явления из самых различных областей.
Исследуя в нескольких предыдущих книгах современные научные
подходы, аналогичные подходу Леонардо, — теорию сложности и теорию
систем, я почувствовал, что наступила пора заняться серьезным изучением
оставленных им записных книжек и оценить его научную мысль в свете
последних достижений современной науки.
Несмотря на то, что Леонардо оставил нам, по выражению видного
исследователя Ренессанса Кеннета Кларка, «одно из самых обширных и
полных из дошедших до нас письменных свидетельств работы разума», его
записные книжки почти ничего не говорят о характере и личности автора.
В своих картинах, как и в своей жизни, Леонардо как будто культивировал
некую тайну. Благодаря ореолу таинственности и исключительному таланту
Леонардо да Винчи еще при жизни стал легендой, а за столетия, прошедшие
со дня его смерти, его легенда в разных вариантах еще более разрослась.
Во все времена Леонардо олицетворял собой эпоху Возрождения,
но каждая последующая эпоха «выдумывала» его по своему, согласно духу
времени. Если опять процитировать Кеннета Кларка, «Леонардо — Гамлет
истории искусства: каждый из нас должен создавать его для себя заново».
Таким образом, в этой книге пришлось «выдумывать» Леонардо и мне. Его
образ, возникающий в моем исследовании, — это, говоря современным
научным языком, образ приверженца системного мышления и теории
сложности, эколога, ученого и художника, глубоко почитающего все живое
и страстно желающего работать на благо всего человечества.
На той лондонской выставке меня осенило, что такой Леонардо —
действительно «Леонардо нашего времени», и это интуитивное откровение
подтвердилось моим последующим исследованием и изучением его записных
книжек. Искусствовед Мартин Кемп писал в каталоге более ранней выставки
рисунков Леонардо в лондонской галерее Хейуорда: «Мне кажется, есть в
наследии Леонардо некая суть, которая остается интуитивно понятной для
разных поколений несмотря на все искажения, возникающие при передаче
этого наследия. В художественных произведениях Леонардо чувствуется
нечто большее, чем просто искусство. Они – часть миросозерцания,
пронизанного глубоким ощущением всеобщей взаимосвязанности. Когда
Леонардо характеризует любую отдельную часть мира, всегда так или иначе
подразумевается вся жизнь во всей ее сложности и в контексте всего
мироздания. На мой взгляд, это его всеобъемлющее видение мира как
некоего единого организма очень созвучно нашему времени и актуально
именно сегодня, когда технический потенциал достиг устрашающей мощи».
Портрет Леонардо, который дает Кемп в вышеприведенном отрывке,
в полной мере отражает мое собственное видение. Именно такого Леонардо
открывает мое исследование его уникального синтеза науки и искусства.
Фритьоф Капра
Беркли, декабрь 2006 г.
СОДЕРЖАНИЕ
БЛАГОДАРНОСТИ
ПРЕДИСЛОВИЕ
ВВЕДЕНИЕ. «ТОЛМАЧ ПРИРОДЫ»
Наука о живописи
Сущность жизни
Приверженец системного мышления
Синтез искусства и науки
Зрение и внешний облик явлений
Органические формы природы
Наследие Леонардо
Часть первая
ЛЕОНАРДО-ЧЕЛОВЕК
I. «БЕЗГРАНИЧНАЯ ПРЕЛЕСТЬ»
Качества и наружность
Черты характера
Скрытность и противоречивость
Признаки гениальности
II. УНИВЕРСАЛЬНЫЙ ЧЕЛОВЕК
Синтез Леонардо
Божественная левая рука
Душа живописи
Discorso mentale
Cavallo
Леонардо-дизайнер
От инженерной практики — к науке
Архитектурное проектирование
Художник-волшебник
Сплетающиеся нити
III. ФЛОРЕНТИЕЦ
Детство в Винчи
Обучение во Флоренции
Молодой мастер — живописец и изобретатель
Милан
Систематические исследования
Постепенное признание при дворе
IV. ЖИЗНЬ, ПРОЖИТАЯ С ПОЛЬЗОЙ
Новый центр внимания — математика
Дружба и предательство
Политические катаклизмы
Возвращение во Флоренцию
Путешествия по Центральной Италии
Полеты фантазии
Пора зрелости
Последние годы в Милане
Рим приносит разочарования
Последние путешествия
Философ и король
Судьба записных книжек Леонардо
Часть вторая
ЛЕОНАРДО-УЧЕНЫЙ
V. НАУКА В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ
Открытие классики
Изобретение книгопечатания
Мир исследования
Античное представление о вселенной
Аристотелевский синтез науки
Математика и астрономия во времена Леонардо
Естественная история
Медицина и анатомия
Леонардо и классики
VI. НАУКА, РОЖДЕННАЯ ИЗ ОПЫТА
Научный метод
Эмпирический подход Леонардо
Записные книжки Леонардо
Наука о формах жизни
Движение воды
Формы и трансформации живой Земли
Макро- и микрокосм
Механические инструменты природы
Механизмы Леонардо
Мечта о полете
Тайна человеческой жизни
VII. «ГЕОМЕТРИЯ, ДЕЛАЕМАЯ ДВИЖЕНИЕМ»
Геометрия и алгебра
Рисунки как диаграммы
Геометрия в движении
«О преобразовании»
Отображение кривых и кривых поверхностей
Криволинейные преобразования
Ранние формы топологии
«De ludo geometrico»
Необходимость природных форм
VIII. СВЕТОВЫЕ ПИРАМИДЫ
Наука перспективы
Свет и тень
Оптика и астрономия
Природа световых лучей
Волновая природа света
Звуковые волны
Зрение и глаз
IX. ГЛАЗ, ЧУВСТВА И ДУША
Анатомия глаза
От зрительного нерва к обиталищу души
Слух и другие чувства
Познавательная способность и душа
Теория познания
ЭПИЛОГ
ПРИЛОЖЕНИЕ. ГЕОМЕТРИЯ
ПРЕОБРАЗОВАНИЙ ЛЕОНАРДО
ПРИМЕЧАНИЯ
Фритьоф Капра, автор предлагаемой
книги, получил степень доктора философии в Венском университете и
затем занимался исследованиями в области теоретической физики высоких
энергий в Парижском и Калифорнийском университетах и в Королевском
колледже в Лондоне. Автор описывает физические понятия и теории,
избегая технического и математического языка. Раскрывая глубинную
взаимосвязь картин мира физиков и мистиков (даосов, индусов, буддистов
и дзэн-буддистов), Ф. Капра находит в современной физике подтверждение
многим постулатам древних религиозных учений Востока и рассматривает их
взаимосвязь и начавшееся в XX в. взаимопроникновение культур
рационального Запада и мистического Востока как подтверждение
древнекитайского представления о необходимости динамического равновесия
между рациональным и интуитивно-мистическим, между внешним и
внутренним, то есть в применении к нашему веку, между технологией и
психологией.
После первого издания книга была с энтузиазмом принята
в Великобритании и США, несмотря на более чем скромную поддержку и
рекламу. Вскоре о ней заговорили во всем мире; к 1984 году она была
представлена десятками разноязычных изданий и выдержала тринадцать
изданий только на английском языке. Широкая популярность книги
позволила автору посетить множество стран с лекционными турне.
Предлагаемая
книга адресована широкому кругу читателей, интересующихся восточным
мистицизмом и не обязательно обладающих познаниями в области физики, а
также ученым, интересующимся философскими аспектами науки, но мало
знакомым с мистическими учениями Востока.